Нобелевские лауреаты в ожидании следствия.
Завершившийся в минувшую субботу Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ) посеял среди иностранных инвесторов и просто любопытствующих новые зерна оптимизма в отношении модернизации России вообще и ее флагманского проекта — иннограда Сколково — в особенности. Многим понравилось заявление президента РФ «Мы изменились!», дополненное решением Медведева лично возглавить попечительский совет иннограда. Чтобы все быстрее решалось и работало.
Приступ коллективной эйфории помешал участникам ПМЭФа поставить/обсудить несколько фундаментальных вопросов сколковского бытия, например:
• Почему пятизвездочная недвижимость, которую несколько лет будут строить в чистом поле, должна стать системообразующим фактором научно-инновационного прорыва?
• Как оффшорный статус создаваемого иннограда связан с приоритетными потребностями российской модернизации?
• Почему для создания «оазиса инноваций» не были выбраны уже существующие российские наукограды — пусть и обветшавшие, но вполне еще дееспособные и населенные реальными научными кадрами живые научно-технологические комплексы, которым нужен, скорее, серьезный госзаказ, нежели особый налоговый режим?
Впрочем, вопросы эти, во многом, риторические. Один статусный и даже полуискренний апологет сколковского проекта на полном серьезе привёл мне главный аргумент в пользу размещения «российской Кремниевой долины» на подмосковных землях НИИ сельского хозяйства «Немчиновка»: неподалеку — дача первого вице-премьера Игоря Шувалова (бывшая госрезиденция «Заречье»), утонченный Шувалов не захочет долго наблюдать через забор пыльношумную стройку, а значит — все будет финансироваться обильно и строиться быстро . Такая вот логика модернизации.
Но Бог с ними, с ключевыми проклятыми вопросами. Будь я иностранным инвестором (какое счастье, что я им не являюсь!), я мог бы задаться и вопросами более тактико-техническими. Например: а что за люди у этого Медведева рулят проектом «Сколково»?
А люди-то все больше известные попадаются.
Во-первых — Владислав Сурков, первый замруководителя администрации президента РФ по внутренней политике. Он давно считается идеологом и верховным организатором ряда ярчайших политических проектов последнего десятилетия. Например, молодежных движений «Наши» и «Молодая гвардия «Единой России». Помните, уважаемые инвесторы, осаду посольства Эстонии, в результате которой прикладным начальникам «Наших» закрыли въезд в Иерусалим, то есть, простите, в Евросоюз? Травлю британского экс-посла Энтони Брентона? Побиение шахматной доской Гарри Каспарова? Обмазывание дерьмом (в прямом смысле слова) Эдуарда Лимонова? Катю-Муму и сопряженные с ней видеозаписи, наконец?
Есть основания подозревать, что подсурковские круги в последние годы вели несколько знаковых модернизационных PR-кампаний. К примеру, против освобождения из тюрьмы бывшей юристки «Юкоса» Светланы Бахминой, родившей в колонии ребенка. Сейчас те же люди организовали травлю престарелого омбудсмена Владимира Лукина — за то, что тот пришел 31 мая на Триумфальную площадь посмотреть, как там нарушаются права человека.
Во-вторых — Аркадий Дворкович, помощник президента РФ по экономическим вопросам. Его принято считать патентованным либералом. Что либерального он сделал на госслужбе, пока неизвестно. Зато известны, например, его усилия в области шахмат — Дворкович формально возглавляет наблюдательный совет Российской шахматной федерации (РШФ). В последние месяцы наблюдатели имели возможность видеть, как помощник пытался передать фактический контроль над российской и международной шахматными федерациями бизнес-консорциуму в составе авторитетных предпринимателей — братьев Магомедовых и Давида Каплана. С тех пор, как Дворкович стал помощником президента, эти предприниматели увлеклись реконструкцией Большого театра. А прежде, в доинновационные времена, они были известны, скорее, как бенефициары некоторых сомнительных банков. Например, тех, из-за которых, согласно принятой судом версии следствия, погиб первый зампред Центробанка России Андрей Козлов. (Подробнее я об этом писал вот здесь ). В борьбе за интересы Магомедовых — Каплана Аркадий Дворкович зашел достаточно далеко: не имея права подписи за шахматную федерацию, он, тем не менее, подписал от имени РШФ некую бумагу, на основании которой частными охранными структурами был захвачен Центральный дом шахматиста на Гоголевском бульваре в Москве.
В-третьих, Виктор Вексельберг. Резидент (постоянный житель) швейцарского кантона Цуг. Прежде неоднократно имевший проблемы со швейцарскими властями из-за налогов.
Краткий обзор топ-менеджмента сколковского проекта не оставляет сомнений, что флагман РФ-модернизации находится в надежных руках. А также мозгах и карманах.
Так что, уважаемые иностранные инвесторы, если в процессе инновационного бума в иннограде «Сколково» вас огреют по голове каким-нибудь новейшим суперкомпьютером, подсунут в одно место наркотики, а совсем в другое — активистку движения «Наши»; покажут вам письмо на бланке вашей же компании, но за подписью г-на Дворковича с призывом опечатать ваш офис, — не удивляйтесь. Такая у нас тут ожидается модернизация.
Особый интерес в этом контексте представляет судьба свадебных генералов, которых назначили прикрывать проект иннограда «Сколково» по всем имиджевым фронтам. Нобелевских лауреатов Жореса Алферова и Роджера Корнберга, экс-председателя совета директоров Intel Крейга Барретта и др. С ними-то что будет?
Представим себе. Проходит лет пять. Где-нибудь в штате Нью-Йорк или кантоне Цюрих возбуждается уголовное дело по поводу хищения и отмывания бюджетных денег Российской Федерации. Кто пойдет к следователю? Неужели пожилые нобелиаты? Хотя, конечно, материал где-нибудь в New York Times под аршинным заголовком Нобелевские лауреаты подозреваются в отмывании денег станет хитом любого журналистского сезона.
Я хоть и не инвестор обладаю инвестиционной мудростью, но мне все-таки кажется, что некоторые вопросы лучше задавать в начале пути. Когда еще не слишком поздно понимать правильные ответы.
Читайте также: Новости Новороссии.